В объятиях Аннушки




Отряд возвращается в Салехард и партия начинает грузиться на лихтер, для отправки в Тазовск. А я опять в объятиях своей любимой Аннушки. Мы летим вместе в заполярный посёлок Тазовск. Пахнет приторно – сладким, авиационным бензином. Я непрерывно ёрзаю на своём откидном металлическом, жестком месте и гляжу в окно иллюминатора. Я спешу в Тазовск, чтобы сесть там, на куда более неудобное и жесткое место – место оператора, первой в стране, Заполярной сейсмической партии. Я непрерывно смотрю в иллюминатор Аннушки, на проплывающие под нами озёра, озерца, болота, окаймлённые чахлыми сосенками и кустарником и против воли ловлю себя на мысли.”

Continue reading В объятиях Аннушки

Преждевременные слухи




На календаре, 10 августа 1959 года. Бурная и страстная птичья любовь, в конце концов, приносит свои ощутимые результаты. Все протоки буквально кишат утиными, гусиными и ещё бог знает, чьими выводками, которые на полных  парах, с двух сторон, отчаянно подрезают курс нашей самоходки. Берега проток покрыты грибным ковром, способным насытить всё земные и неземные цивилизации. Ни шатко, ни валко, а у нас за душой или за спиной, после полуторамесячных сумбурных работ, оказались 114 погонных км. сейсмических профилей, отстрелянных пунктирным профилированием, на маршруте длиной, около 250-ти км. по меридиональным протокам низовья Оби, от Салехарда до п. Пуйко.
Continue reading Преждевременные слухи

Пламенные революционеры





18 июня, а у нас за душой нет, ни единого отстрелянного, речного километра, партии грозит провал и дело пахнет керосином. В экспедиции это понимают лучше нас, и буквально пинками, выталкивают на полевые работы. Мы опять на том же пирсе. Наш энтузиазм на нуле, мы без лишних слов, заходим на  плав-средства и отправляемся, не ожидая ничего хорошего, в одну из проток Оби, на уже разбитый речной профиль. Начало работ не обошлось без геологических казусов.

Continue reading Пламенные революционеры

17. Новая волна.





Я не торжествовал. Волков был не тот противник, победа над которым могла меня тешить. Я хотел покорить весь мир, а не Волкова. Я просто выиграл шахматную партию у новичка, в которой я рассчитал все варианты. Буксировка балков, тем более станции, на мягком буксире, была грубейшим нарушением ТБ (техники безопасности}, с которой в Тюмени не шутили. Мало того, мне было по-человечески жалко Волкова. Но это была схватка не на жизнь, а на смерть и кто-то из нас должен был проиграть.

Continue reading 17. Новая волна.

07. Тазовск 1959

Отряд возвращается в Салехард и партия начинает грузиться на лихтер для отправки в Тазовск. А я опять в объятиях своей любимой Аннушки. Мы летим вместе в заполярный посёлок Тазовск пахнет В самолёте приторно пахнет сладким авиационным бензином. Я непрерывно ёрзаю на своём откидном металлическом и жестком месте и гляжу в окно иллюминатора. Я спешу в Тазовск, чтобы сесть там, на куда менее комфортное и жёсткое место – место оператора первой в стране зимней Заполярной сейсмопартии.

Continue reading 07. Тазовск 1959