32. Полвека спустя.




Самый удаленный объект нефтегазодобывающего управления общества «Газпром добыча Ямбург» – Тазовский участок добычи газа, который расположился в паре километров от п. Газ-Сале.

Его основная и единственная на сегодняшний день задача – добыча газа для нужд 10 тысяч жителей Тазовского района.
В трех километрах от основной базы, голубое топливо извлекается из недр Тазовского месторождения. Первое месторождение Крайнего Севера России, первенец Ямала, было открыто полвека назад. Именно это месторождение поддерживает жизнь двух населенных пунктов района, обеспечивая газоснабжение Тазовского и Газ-Сале.
Сегодня Тазовское месторождение – это один куст газовых скважин. Оцененные запасы углеводородов здесь, насчитывают 100 миллиардов кубических метров. Уникальность месторождения в том, что, кроме газа, здесь есть еще и нефть.

На Тазовском месторождении.

Сергей Дегтярев, заместитель начальника НГДУ по производству ООО «Газпром добыча Ямбург»: “-Здесь присутствует достаточно огромная газовая шапка, снизу она подстилается нефтяной залежью. На данный момент разработка месторождения идет только в плане газоснабжения поселков. За тридцать с лишним лет, было отобрано, менее 2 % газовой шапки. Из-за особенностей строения месторождения, прежде чем добыть газ, нужно добыть нефть. Поэтому ближайшая перспектива: разработка нефтяной залежи данного месторождения.”
Сегодня, как говорит Сергей Дегтярев, существует план разработки нефтегазового месторождения Тазовское, расписанный на десятилетие вперед:
“Есть лицензионные соглашения, которые регламентируют нашу деятельность. В документе установлены сроки, этапы разработки. В этом году, мы должны утвердить технологическую схему опытно-промышленной разработки. Она будет реализовываться до 2015 года, затем, нужно будет разработать схему освоения месторождения, на полную мощность.”
В перспективе, по планам общества «Газпром Добыча Ямбург», здесь будет пробурено 300 нефтяных скважин. Работу на месторождении найдут две-три сотни специалистов разного профиля.
А пока, здесь трудится всего 20 человек. Этого вполне достаточно, чтобы обеспечивать бесперебойное снабжение газом, двух населенных пунктов.
Каждый сотрудник участка, как говорит начальник, квалифицированный специалист. Причем, в последнее время, коллектив помолодел.
Виктор Абрамчук, начальник тазовского участка добычи газа ООО «Газпром добыча Ямбург»:
“В последнее время, появляется молодежь, причем, молодежь грамотная. На участке, 70% работников с высшим образованием. В нынешнее время, с применяемым оборудованием и технологиями, без образования не обойтись, опытным путем не угонишься. Надо учиться и учиться.”
Молодой сотрудник тазовского участка добычи газа, Виталий Саньков, работает слесарем по ремонту технологических установок. Он пришел в «Газпром» сразу после института.

Виталий Саньков
Виталий Саньков

Виталий Саньков, слесарь по ремонту технологических установок: “-Конечно, знания, которые получаешь в институте, пригождаются. Но это теория. Больше знаний дает практика и опыт.
Практический опыт бесценен, тем более, что в процесс постоянно вмешивается прогресс.”
Последние несколько лет, тазовский участок по добыче газа, живет в условиях модернизации.
Сергей Дегтярев: “-Начали свою работу с ремонта: отремонтировали шлейф от куста до сборного пункта, затем оборудование сборного пункта газа, трубопровод, клапаны, печи. Часть трубопровода заменили. На следующий год принялись за повышение надежности систем. Была проведена огромная работа, по повышению надежности энергоснабжения, которое теперь осуществляется по двум вводам. Поставили автоматическую дизельную, она сама запускается и обеспечивает электроснабжение.”
Газовое хозяйство – объект повышенной опасности. Поэтому безопасности производства – особое внимание. Сегодня, и на кусте газовых скважин, и на территории участка, установлены камеры видеонаблюдения.
В конце прошлого года, заработала система телемеханики, которая позволяет контролировать процесс добычи газа, не выходя из операторной.

Светлана Панченко
Светлана Панченко

Светлана Панченко, оператор по добыче нефти и газа:
-“Очень интересно наблюдать за скважиной с куста. Раньше, если что-то случилось, приходилось ездить до самой скважины, вызывать бригаду и смотреть, где и что произошло.”
Обновление коснулось и технологического цеха подготовки газа. Здесь, в небольшом помещении, происходит важный процесс снижения давления, со 100 килограммов на входе, до 12-ти на выходе.
До потребителя, газ доходит с еще более меньшим показателем: давление топлива, поступающего в квартиры, равно трем сотым килограмма.
Раньше, корректировать объемы подачи голубого топлива, приходилось вручную, сейчас, этим занимается техника.

Виктор Абрамчук
Виктор Абрамчук

Виктор Абрамчук, начальник тазовского участка добычи газа ООО «Газпром добыча Ямбург»:
-“Технологический цех подготовки газа. Основные задачи: две ступени редуцирования, понижение давления и подготовка газа к низкотемпературной сепарации. Установлены автоматические клапаны-регуляторы, которые успешно справляются с этой задачей, то есть, ручное управление давлением уже не требуется.”
Сегодня на Тазовском участке настала очередь для улучшения условий труда.

Сергей Дегтярев
Сергей Дегтярев

На территории базы возводится здание под бытовые нужды работников.
Сергей Дегтярев, заместитель начальника НГДУ по производству ООО «Газпром добыча Ямбург»: -“Планируем провести работу по повышению качества подготовки газа. На данный момент, качество соответствует ГОСТу, но учитывая северные условия, нужен запас, чтобы даже при -60 градусах на улице, газоснабжение осуществлялось стабильно.”
У Тазовского месторождения, по предположениям Сергея Дегтярева, большое будущее. В конце 2012 года здесь в рамках опытно-промышленной разработки, взяли нефть на пробу.
Полученные в результате исследований данные, позволят оценить не только качество продукта, но и его возможные запасы. Пока, балансовые показатели Тазовского месторождения, оцениваются в 300 миллионов тонн нефти.
Правда, извлечь можно будет лишь десятую часть, потом придет очередь промышленного освоения газовых залежей.
Сергей Дегтярев: -“Будущее у месторождения большое, большое будущее у поселков. Будем базироваться в Газ-Сале. Но, я думаю, Тазовский тоже почувствует то развитие, ту мощь, которая здесь будет разворачиваться.”




31. “ Есть ГАЗ”.




Страна продолжает последовательно и методично осваивать Арктику, и вот уже встаёт вопрос о выборе места заложения, первой опорной, глубокой скважины. Но выбор этой точки в августе 1960 г., после первого года работы нашей партии на Тазовской площади, оказался непростым. Дело в том, что к маю месяцу, были уверенно оконтурены северный и западный склоны Тазовского поднятия, но подсечь южный и восточный склоны Тазовской структуры, все не удавалось. В том, что выявленное поднятие было замкнутой структурой, уверенность была почти полная; это подтверждалось и известными материалами гравимагнитных съемок, но без подтверждения южного и восточного склонов структуры сейсморазведкой, сомнения  оставались. Нельзя было сбрасывать со счетов варианта существования, на месте замкнутого Тазовского поднятия, так называемого, структурного носа, раскрывающегося в юго-восточном направлении. Это, в свою очередь, значительно снижало вероятность существования в пределах структуры, залежей нефти или газа.

В Тазовское, на рекогносцировку, приезжают уже назначенные, будущие руководители буровой партии: начальник партии Г. Д. Сурков – старейший в Тюменском геологоуправлении буровик-практик и др., и одновременно, в Тазовское, приходит указание Тюменьгеологии: определить точку заложения скважины, исходя, прежде всего, из организационно-хозяйственных интересов. Это требование было понятным, поскольку скважина проектировалась, как опорная, и ее главной задачей было изучение геологического разреза на, возможно большую глубину, а открытие залежей УВ, было делом попутным. Однако, было ясно, что бурение опорной скважины, сопровождающееся большим объемом отбора керна (т. е. выбуриванием и отбором пересекаемых скважиной ненарушенных столбцов пород) и другими видами опробования, учитывая ее глубину не менее 4 км, может затянуться на несколько лет. Да, и вероятность аварий, при долгосрочном бурении скважины, резко возрастает. Однако Краев, на основании предварительной структурной карты северной периклинали выявленного поднятия, полученной в результате зимних работ, начинает настаивать на заложение скважины не в п. Тазовском, как это предлагается экспедицией, а в 12 км к юго-востоку от него, на мысе Мамеевском, где она попадала в контур, наиболее приподнятой части, исследованной к тому времени, площади структуры. После месячных препирательств с экспедицией, Краеву, благодаря поддержке Г.Д. Суркова, удаётся отстоять свою точку зрения. Одновременно с этим, скважина была переведена в разряд разведочных. Детальные работы второго зимнего сезона подтвердили, что выбранная точка для бурения скважины Р-1, действительно, оказалась в присводовой части выявленного Тазовского поднятия. И если разведанная структура, действительно, является месторождением УВ, то скважина Р-1, должна вскрыть продуктивные слои этого месторождения.

17 апреля 1962 года, происходит первый аварийный выброс газа из Р-1. Он был слабым и довольно быстро “заглох,”в результате обвала пород, в стволе скважины и не причинил ей особого вреда. 27 сентября 1962 года, происходит второй аварийный фонтан. Он был мощным и полностью уничтожил скважину. Дебит газа оценили (визуально), примерно, в 1 млн м3 в сутки . Скважина активно фонтанировала газом с водой, но пожара и жертв, к счастью, не было. Такой дебит газа аварийного фонтана, сразу вызвал ажиотаж, среди геологов и геофизиков Зап. Сибири.

Эрвье Рауль - Юрий Георгиевич
Эрвье Рауль – Юрий Георгиевич

На аварийную скважину оперативно прилетел сам управляющий Тюменским территориальным геологическим управлением, Юрий Георгиевич Эрвье. Около месяца потребовалось, чтобы ликвидировать фонтан. После ликвидации фонтана, забурили новую Р- 2 скважину. В сентябре 1963года, начались испытания пробуренной скважины Р-2. По аналогии с газовыми и нефтяными месторождениями Среднего Приобья (Березовский, Шаимский, Усть-Балыкский и Мегионский районы), начали отстреливать юрские и нижнемеловые горизонты, начиная с глубины 2400м. Однако результаты были обескураживающими: были вскрыты только водоносные горизонты и скважину начали готовить к ликвидации. Тогда Ю.Г. Эрвье срочно направляет на скважину комиссию в составе: гл. геолога Ровнина, гл геофизика Л. Цибулина, председателя Разведкома, а также аспиранта Института геологии и геофизики СО АН СССР, Ю. Карогодина. По настоянию последнего, в скважине, перед её ликвидацией напоследок, было решено вскрыть сеноманские отложения нижнего мела, на глубине 1200м. В результате вскрытия этих отложений ударил мощный фонтан газа, с дебитом более 1 млн. кубометров в сутки. Так было окончательно открыто Тазовское месторождение газа и установлена его природа.

На Тазовском месторождении, газоносными являются сеноманские отложения, представленные песчано-алевролитовыми породами и перекрытые мощной ( 850 м) глинистой покрышкой, вышележащих верхнемеловых отложений. При испытании скважин, получены фонтаны газа, абсолютно свободными дебитами 262 – 1500 тыс. м3 / сутки (Больш. Энцикл. Нефт. Газа). Позже было обнаружено, что Тазовское месторождение является, одновременно, и нефтеносным. На сегодняшний день, подсчитанные запасы газа Тазовского месторождения, составляют ~300 млн. м3. и запасы нефти ~ 100 млн. т.




18. Сюрреализм.





Мы двигались по профилю, прямому как стрела. Без преград. На нашем пути не было ни оврагов, ни рек и ни коварных топких болот. Снега было еще немного, и он лежал плотным твёрдым настом. Мы двигались в белой пустыни и  представляли странную картину. Это был сюрреализм чистейшей воды. Посреди необъятной и безжизненной белоснежной пустыни, полз в никуда, небольшой караван деревянных домиков. Солнце почти не появлялось, а если и появлялось, то болталось где то там, на линии или за линией горизонта. А горизонтом была белая бесконечность. Глазу было не за что зацепиться. Это было странное ощущение. Мы были реальны, пока мы были в балке. За пределами балка мы расплывались и мы терялись. Мы теряли самих себя. Мы не знали кто мы и где мы. Мы не знали где верх, где низ, где право – где лево, где вперед – где назад. Мы не думали о своём прошлом и не представляли своё будущее. Мы потеряли своё я. Вокруг всё было белым – бело. Вокруг была только белая белизна.
Перед нами лежал проектный прямоугольник Заполярной снежной пустыни, площадью порядка 20*15 км.

Мы должны были отстрелять эту проектную площадь. Мы должны были провести на ней сейсмические исследования. и проследить поведение основных опорных горизонтов на ней. Но мы решали не региональные задачи и само по себе повеление опорных горизонтов, нас не очень интересовало. Мы решали узкую практическую задачу. Мы были поисковиками. Мы искали геологические структуры, которые могли бы служить природными ловушками для УВ. В частности, мы должны были выяснить, имеются ли на этой площади, локальные положительные структуры третьего порядка и если таковые обнаружатся, то детализовать их и передать под глубокое бурение.

Но обнаружение локальной структуры начинается с обнаружения перегиба, который может указывать на наличие локальной структуры. Именно, с такой целью и был задуман проектный речной профиль по Тазу. Но мы его не сделать. И теперь перед моим полевым отрядом стояли две задачи: найти структурный перегиб и начать его детализовать. В ноябре мы с грехом пополам, отстреляли менее 20 км. Не было скважин. Не выдерживали вечной мерзлоты и ломались буровые станки. Всё было новым и непривычным для нас и для обычной не мерзлотной сейсморазведки. Но мы с Краевым были упорными парнями, верили в наше светлое будущее, изо всех сил старались его приблизить. А главное, что мы с полуслова понимали друг друга. И мы изо всех сил старались помочь друг другу. Я выжимал всё из себя…из людей… из техники…чтобы увеличить производительность отряда. А Краев делал это на базе. Он провел инвентаризацию всех работ на базе. Он прекратил все строительные работы на базе, строительных рабочих часть уволил, а остальных отправил в Салехард, в экспедицию. Теперь вся база работала только на полевой отряд, только на нас. “ Всё для Победы! Всё для профиля! “ – этот лозунг теперь незримо развевался на базе Тазовской с/п 59-60.