Революционный дизайн





Ратовский был уже здесь. Он сосредоточенно готовит сейсмичесую косу к зимним работам. Мы с ним обговорили наши ближайшие планы и начали их реализовывать. Начали, прежде всего, с обустройства нашего балка-станции. Мы поблагодарили Волкова и его толкового зама, Николая Георгиевича Калинина, за заботу и получили со склада положенные для станции, порядка двадцать с лишним, оленьих шкур. Мы, конечно,  пожалели этих бедных животных, но было уже поздно и уже ничем помочь не могли. Да, и к тому же, это были бы крокодиловы слёзы. Потом, опять таки, благодаря щедрости нашего руководства, мы обили наш балок драпировочным материалом, из местного промтоварного сельпо. И наш балок с белоснежными занавесками на окошках, постепенно начал приобретать дизайн номера люкс, в гостинице областного масштаба. Потом мы приступили к установке станции. И здесь меня ждал неожиданный приятный сюрприз. В партии, меня ждала новенькая, одна из первых, выпущенных в стране – сейсмостанция ПСС-24п или переносная сейсмическая станция, 24-х канальная, а прообразом этой станции, конечно, была моя шведка, с которой я начинал  операторскую карьеру, в Хантах.

В комплект ПСС-ки, входили две железные рамы, на которые крепились усилители. Мы их установили сверху, на одну из нижних нар, которая располагалась напротив входной двери. Между этим стойками, мы укрепили КИП или контрольно измерительную панель. Но всё это напрашивалось само собой. А вот что мы сообразили от себя, так это укрепить осциллограф станции – самый нежный блок ПСС-ки, на подвесных ремнях к верхним нарам. Это было революционное решение. Мы защитили осциллограф от всех механических сотрясений, а себя от всех будущих, нервных потрясений. В непосредственной близости от правой стойки усилителей, мы поставили проявительскую с тремя бачками: бачок для проявления, бачок для промывки и бачок с фиксажем. Это всё было хозяйство нашей проявительницы, с ролью которой у нас отлично справлялась Флёра Абдурахманова. Дальше, за проявительской в углу балка, у нас стояла наша всеобщая любимица: советская чугунная буржуйка, творение бурных, НЭПовских времен. Под нарами, на которых возвышались стойки усилителей, находились основной комплект аккумуляторов, подсоединённых к станции. Другой комплект аккумуляторов, для освещения и прочих нужд, находился под рабочим столом, на противоположной стороне балка. В балке на верхних нарах было два спальных места. Одно – для меня, другое – для моего помощника.