Не щадя живота




Разобравшись с палеозойским фундаментом, мы с Краевым впадаем в отчаяние от плоской волны-помези, которую  регистрируем в области первых вступлений. Я, к своему стыду, за два года сумасшедшей операторской работы,  уже успел подзабыть многое из того, что так упорно вдалбливали в наши бестолковые головы, корифеи отечественной сейсморазведки, И.И. Гурвич с Л. Рябинкин, ну а Краев, похоже, так и не успел набраться этой полезной информации, в пылу своей суматошной комсомольской работы, в Свердловском Горном, где он последние два года возглавлял комсомол. Помеха, к счастью, оказалась  головной волной от кровли палеозоя, которая настойчиво вылезала на всех наших сейсмограммах, начиная с трехсот метров. Никакие технические приемы в каналах приема и возбуждения, нам не помогали и было ясно, что нужны методические приемы: изменять методику наблюдений и переходить на сокращенный, 250-ти метровый интервал наблюдений, и одноточечную систему отстрела. Это означало отступление от проекта и необходимость согласования с экспедицией. Мы на коленках переписываем проект, в котором от начального дебильного проекта, уже ничего не осталось.  Запрашиваем экспедицию и ждем… А Краев отдается своиму новому хобби: денно и нощно вялит, приобретённых на берегу муксунов, на капитанском мостике нашего многофункционального “Ак. Заварицкого”, который был в партии и буксиром, и камералкой, и ещё, бог знает, чем. Муксуны на капитанском мостике, истекают своим тягучим янтарным жиром и источают умопомрачительный аромат, способный, кого угодно, свести с ума, а Аркадий, не щадя живота, защищает их от алчных посягательств, любителей закусить свежей строганиной.