Ва-банк!





Но вот, 10 ноября – день начала полевых работ по проекту. У каждого, более или менее значимого функционера, в ТГУ, в кабинетах, на стенках, висят таблицы, со сроками начала полевых работ, каждой Западно – Сибирской с/п. Что – что! А с этим шутки плохи. Волков прекрасно знает об этом и накануне, вручает мне приказ, о выезде моего сейсмоотряда на полевые работы, на профиль, расположенный в пойме Таза. Он уже забыл о нашем противостоянии и уверен в моей полной лояльности и делает шаг к яме, вырытой для него.

Continue reading Ва-банк!

Как дела детка?




Праздники прошли и партия начала готовиться к началу полевых работ. Волков с Краевым решили начать с поймы. Начать с поймы было заманчиво: нет проблем с бурением, нет проблем и с материалом. К тому же, в пойме, нет такого сумасшедшего, северного ветра, вместе с сумасшедшим фоном сейсмических, ветровых помех. И партия могла сразу начать получать и актировать желанные проектные км. Но с геологической точки зрения – это были бы пустые км. Отработанный пойменный участок у нас повис бы в воздухе.

Continue reading Как дела детка?

“Мы наш, мы новый мир построим.”





На Ноябрьские, мы, все молодые спецы из Москвы, Свердловска и Томска, собрались у Краевых, в их, только что отштукатуренной и побеленной квартире. Среди нас уже был, вновь прибывший, Лёва Кузнецов – выпускник Томского Политеха. Это был мой новый помощник, вместо Юры Ратовского, с которым я, с большим сожалением, был вынужден расстаться. Его переводили в другую партию – то ли оператором, то ли для усиления.. На столе стояла бутылка спирта и… Нет! Хвоста селедки не было… Зато, была строганина из муксуна, было навалом осетровой икры, с местного Тазовского Рыбкомбината, маринованные грибочки, огурчики, варёная оленина и прочее и прочее.

Continue reading “Мы наш, мы новый мир построим.”

Жорес.





В Тазовске, срываются сроки ввода строительных объектов. И об этом стало незамедлительно известно в Салехарде, через нашего главбуха – Рудых, исполнявшего по совместительству, как ему и было положено, обязанности тайного, финансового осведомителя ЯНКЭ. И к нам едет… Нет! Не ревизор, а Иван Федорович Морозов – собственной персоной. Нас всех собрали в самой большой комнате, которая была в распоряжении партии и предназначалась для таких целей, где Иван Фёдорович начал зачистку нашей партии. Он метал гром и молнии, а мы все сидели ни живы, ни мертвы. Это было  у нас, у всех в крови.

Continue reading Жорес.

Волчья яма





“Октябрь уж наступил, уж роща отряхает последние листы с нагих своих ветвей”, а Тазовская тундра вовсю, стала спешно покрываться снежным покровом. Мы с Юрой, сняли все положенные перед началом работ аппаратурные ленты, проверили и отбраковали сейсмоприемники, половина из которых, после летних речных работ, пришла в негодность. Наконец, мы отстреляли очень важную идентичность каналов сейсмостанции, которая нужна, чтобы продемонстрировать, что все каналы нашей ПСС-ки, работают одинаково и не пишут лишнего. А моей сладкой парочки – Краевых всё нет и нет. После летних работ я очень подружился с ними и мне сейчас очень не хватало их здесь.

Continue reading Волчья яма

Мягкий буксир





С балком изнутри мы, вроде бы, покончили, но снаружи – нет! Внешний дизайн нашего балка, не соответствовал принятому облику сейсмических балков, готовых двигаться по заполярной тундре. Потому что он, вообще, никуда не мог двигаться. У него не было оглоблей. Вру! У него не было водил. Оглобли бывают только у телег, а у балков бывают только водила. В  принципе, это те же оглобли. Только делаются они из ~15’ буровых труб и крепятся к полозьям саней, на которых стоит балок, с помощью металлических пластин или щёк.

Continue reading Мягкий буксир

Революционный дизайн





Ратовский был уже здесь. Он сосредоточенно готовит сейсмичесую косу к зимним работам. Мы с ним обговорили наши ближайшие планы и начали их реализовывать. Начали, прежде всего, с обустройства нашего балка-станции. Мы поблагодарили Волкова и его толкового зама, Николая Георгиевича Калинина, за заботу и получили со склада положенные для станции, порядка двадцать с лишним, оленьих шкур. Мы, конечно,  пожалели этих бедных животных, но было уже поздно и уже ничем помочь не могли.

Continue reading Революционный дизайн

Не напрягайся и не траться.




И вот я уже шагаю в посёлок, который расположен в 2-х км от аэропорта. Справа, остаётся унылый ряд полуразрушенных и заброшенных построек, а слева, тянется лента Таза, с причаленными к берегу или к импровизированным причалам, большими и малыми судами. Изредка, навстречу попадаются местные жители. Сверху сыпется какая-то пороша. Что не говори, а на дворе уже август и зима стучит в окно. Все одеты по – зимнему, в полушубках. Я постепенно поднимаюсь на первую, надпойменную террасу.

Continue reading Не напрягайся и не траться.

В объятиях Аннушки




Отряд возвращается в Салехард и партия начинает грузиться на лихтер, для отправки в Тазовск. А я опять в объятиях своей любимой Аннушки. Мы летим вместе в заполярный посёлок Тазовск. Пахнет приторно – сладким, авиационным бензином. Я непрерывно ёрзаю на своём откидном металлическом, жестком месте и гляжу в окно иллюминатора. Я спешу в Тазовск, чтобы сесть там, на куда более неудобное и жесткое место – место оператора, первой в стране, Заполярной сейсмической партии. Я непрерывно смотрю в иллюминатор Аннушки, на проплывающие под нами озёра, озерца, болота, окаймлённые чахлыми сосенками и кустарником и против воли ловлю себя на мысли.”

Continue reading В объятиях Аннушки

Наивные простачки





Конечно, когда команда наших экспедиционных функционеров в центре которой, как и положено ему быть, был В.Д. Бованенко, бывший центровой МНИ – Московского Нефтяного института, разрабатывала наши наполеоновские планы покорения Ямальских недр, они, несомненно, были себе на уме. Они были далеко не были такими наивными простачками, как их пытается представить в своих мемуарах Краев да и не под дулом Калашникова, писали они наш сумасшедший проект. Нет! Они не пытались сразу вот так, с кондачка, всерьёз, покорить Ямальские недра, по крайней мере, пока.

Continue reading Наивные простачки